11.12.2017 




Вы можете не умереть
Михаил Батин, Алексей Турчин
10.12.2013- 15.12.2013

Вы можете не умереть





«Трасса М4. Ростов - Москва» / Современное искусство Ростова-на-Дону





Лес/ Современное искусство Краснодара





Культурный Альянс. Проект Марата Гельмана

Главная | Контакты | Поиск | Дневник М. Гельмана
Русский | Deutsch | English

























Вокруг Гельмана


Интервью с М. Гельманом

Глеб Вышеславский: Галерее Гельмана сопутствует успех на протяжении уже многих лет. Некоторые называют тебя даже московским Лео Кастелли. В чем секрет, ты нашел "золотой ключ" удачи?

Марат Гельман: На самом деле, успех пришел не сразу. Сейчас, по прошествии времени, можно говорить об успешности тех или иных действий. Первое, что я могу назвать, - это личная страсть к искусству. Причем это страсть не профессионала. Профессионал, например, искусствовед, не может быть таким безумно увлеченным искусством. Я был вынужден поступить в технический вуз и возможность занятия искусством отодвигалась, подготавливалась. Это первое. Второе - уже более технологичное чем страсть. Это то, что я первым назвал галерею своим именем. В то время в Москве это могло показаться даже наглостью. Все художественные институции назывались "Арт Москва", "Арт Россия", "Искусство России", "Лучшее искусство России". Но на самом деле это была революция, потому что художники и коллекционеры приезжавшие в Москву, а подчас и сами москвичи, с трудом ориентировались в чехарде полномочий и кадровых перестановок внутри этих организаций. Сотрудники менялись. Договора и работы терялись. Была абсолютная безответственность. И вдруг появляется маленькая галерея, фактически квартира. Называется галерея Марата Гельмана. Большую часть времени там можно застать самого Марата Гельмана, т. е. был понятен человек, с которым имеешь дело. Было понятно, что решения принимает Марат Гельман, и нужно добраться до него и с ним говорить. Это оказалось очень важным, это сняло момент недоверия. Дело пошло.

Третьим элементом успеха была энергия. Я, как известно, приехал в Москву. Это означает оторванность от среды, от быта. Все мои коллеги, когда открывали галереи, были укоренены в жизни. Куча дел, обязанностей, забот. А я мог всего себя посвятить галерее. Мне нечем было больше жить. Вплоть до 1993 года все мое время было отдано галерее.

И четвертое, самое главное - это художники. Есть формула, что галерея - это художники, клиенты и место. Но в России иначе, галерея - это художники. Потому что художники являются самыми замечательными пиар- менеджерами. Фактически художники были соорганизаторами галереи, они приходили вечерами, постоянно общались, предлагали какие-то идеи. Галерея была как бы их. Им было не жалко приходить и приносить идеи, даже если это не касалось их личной карьеры.

Еще одним важным моментом было "разделение функций". Критик должен писать статьи, торговец торговать, художник не должен быть куратором. В конце восьмидесятых все было смешано, люди в одном лице представляли многих, и многое могли, реально много могли. Но закон успеха показывает, что всегда нужно правильно найти одну точку: ты кто? Конечно, юрист может быть и адвокатом и прокурором. Но он не может быть одновременно и адвокатом и прокурором на одном и том же суде. Поэтому нужен выбор: ты кто. Я выбрал однозначно и просто: галерист Гельман. Сейчас уже многие пришли к необходимости четкого позиционирования, но тогда это было не так очевидно.

Еще, в связи с составляющими успеха, упомяну о таком качестве, как способность к симулятивному мышлению. В начале перестройки, когда пытались объяснить публике абстракцию, использовали сравнение с музыкой. Так было легче необразованному человеку. Якобы живопись это музыка без слов, она не конкретна и т. д. Это пример симулятивного мышления - любому человеку объяснить любой феномен. При этом, с какой-то точки зрения такое объяснение, безусловно, является полной профанаций. Но это и есть умение найти покупателя. Для моих западных коллег основная задача доказать, что конкретный художник лучше чем все остальные, попутно объяснить общий контекст, что такое искусство, почему это хорошо коллекционировать, платить больше, покупать чаще. В России сложнее, приходится создавать контекст. Объяснять что существует современное искусство, как оно соотносится с искусством прошлого. Почему это важно и нужно покупать, поддерживать. И после этого уже то, с чего западный галлерист начинает - объяснение почему этот художник лучше чем тот. Способность симулятивного мышления, это как некий дар свыше. Это некая постоянная адаптация, создание контекста, гибкой коммуникации, доверия.

Г.В.: Галерея во многом является клубом?

М.Г.: Это происходит само по себе, если выбрана правильная позиция. Формула успеха хороша именно тем, что не все делаешь сам. Когда все делаешь сам, это не успех. Это организованное мероприятие. Когда правильно что-то делаешь, то вдруг это начинает работать на тебя, и как бы "само собой" приносить больше плодов, чем ожидалось. Это и есть успех.

Г.В.: Твоя политическая деятельность является необходимым дополнением к галерее?

М.Г.: В августе 1995 года я вдруг обнаружил, что у меня осталось всего три тысячи долларов. На галерею, на семью, на все. Мы жили никогда ничего не считая и вдруг... Тогда я начал суетиться. В то время я уже сотрудничал с Глебом Павловским. Мы решили создать Фонд эффективной политики, сокращенно "ФЕП". Сначала это была маленькая организация. Было много смешных историй... Первые заказчики... Я занимался вещами более ли менее связанными с моей галерейной деятельностью, дизайном, рекламой, взаимоотношениями с пишущими и творческими людьми. Однако потом оказались более востребованными другие вещи. Это сценарное мышление, умение видеть сегодняшний день не как что-то застывшее, а как переходный момент, не относиться к реальности всерьез. Второе - коммуникация с творческими людьми, потому что политик в своей обычной жизни управляет людьми двух типов, либо чиновниками, которые ему подчиняется за зарплату, либо сторонниками, которым он нравятся, с которыми он идет к цели как идеолог, как лидер. Творческие же люди, во-первых, не любят служить, а во-вторых, не являются ничьими сторонниками кроме самих себя. С ними нужно выстраивать коммуникацию как-то по-другому, неизвестным для политиков образом. Поэтому мой опыт галеристской работы, умение выстроить бизнес из неуправляемых людей, оказался уникальным и востребованным в пиар-бизнесе.

Г.В.: - Как долго ты планируешь работать в Киеве?

М.Г.: - До конца 2002. Это год Украины в России. Но если удастся сделать, чтобы моя галерея в Киеве не требовала больших расходов или обозначила перспективу доходов, то тогда всегда.

Г.В.: В Киеве ты действуешь так же как в Москве, приходится ли что- то адаптировать?

М.Г.: Есть вещи, которые подтвердили свою эффективность и их имеет смысл переносить. Например, фестиваль "Культурный герой". Он проходил в регионах России, Москве, Питере.

Но здесь, в Киеве, нет центризма как в Москве. Регионы не столь зависимы. С этим связана необходимость принципиальной корректировки. Это надо учитывать во всей деятельности.

В Москве находится моя главная галерея. Я бы хотел, благодаря ресурсу Украины, оживить московскую ситуацию.

Г.В.: Есть разница в психологии, которая тебе помогает или мешает?

М.Г.: Дело в том, что художники, где бы они ни жили, все равно иностранцы. Как раз художественная среда практически ничем не отличается. Она одинаково чужда общему российскому или общему украинскому мышлению, такие же маргиналы.

Г.В.: Что можно посоветовать местным галереям современного искусства?

М.Г.: Во-первых, учитывать, что уровень галереи определяют худшие выставки, а не лучшие. Закон такой есть.

Основная проблема местных галерей - слишком большой диапазон авторов. Очень плохие и очень хорошие художники в одной и той же галерее. Так невозможно сформировать репутацию. Необходимо помнить, что причиной подъема галерей в послевоенное, например, время было доверие инвестора к галерее, как гаранту качества. Если потенциальному покупателю понравилась картина, плюс она еще выставлена в определенной галерее, значит она хорошего качества и ее покупают. Если знают, что в одной и той же галерее есть работы разного качества, значит, нет гарантии, нет интереса и доверия. Человеку, покупающему искусство, коллекционирующему, важна гарантия вложения своих денег. Не в том смысле, что он собирается потом продавать, а в том смысле, что ему будет не стыдно через десять или через двадцать лет. Поэтому надо быть экспертом. Экспертная функция галереи - важная функция.



13.02.2002 |  Глеб Вышеславский

версия для печати
 









Главная | Контакты | Поиск | Дневник М. Гельмана



copyright © 1998–2017 guelman.ru
e-mail: gallery@guelman.ru
сопровождение  NOC Service




    Rambler's Top100   Яндекс цитирования 





 Низкие цены на диваны и кресла, а также диваны-аккордеоны в магазине диванов.
Только низкие цены на запчасти Mitsubishi в России от надежных поставщиков!