Кошляков,
Валерий
Один из наиболее успешных московских художников актуального искусства в 1990-е годы; кое-кто (например, такая точка зрения весьма распространена в городе Санкт-Петербурге) считает его и вообще лучшим московским современным художником.
Немалая заслуга в этом, если признавать всю правду, как она есть, принадлежит Тер-Оганяну А.С.
Если бы не он, вполне мог бы сейчас К. проживать в Ростове-на-Дону, быть членом местного отделения СХ и писать талантливые, но банальные виды донской жизни, развивая традиции Левитана и Коровина.
Краткая биография.
Родился в 1962 г. в г. Сальске Ростовской области
Начало 1980-х: поступает в ростовское-на-дону Художественное училище им. М.Б. Грекова, где в то время уже учится Тер-Оганян, и имеет в нем репутацию полного идиота: подвиг радиста нарисовал! Большую картину маслом на холсте, где изобразил героическую гибель радиста в степи от взрыва во время боевых действий Великой Отечественной войны.
Учащиеся училища были шокированы такой темнотой. "Футуристов", вроде меня, рассказывал Оганян, конечно, было раз-два и обчелся, но все-таки все учащиеся были парни городские, продвинутые, рисовали кто сюрреализм, кто что-нибудь мистическое, войны, если и было рисовали, так звездные, но чтобы войну Великую Отечественную - таких не было.
Нет, ну, конечно, были хитрожопые хитрожопы, которые и "подвиг разведчик" рисовали, и Ленина на броневике, и съезд комсомола, но с теми все было ясно, да и те для себя если что и красили, так опять же сюрреализм. А этот - сам, по доброй воле - и такое!
А это он - от невинности. Паренек из города Сальска стал художником - ну, так нужно писать картины серьезные, большие, на серьезные темы - про войну и т.д. А что же еще рисовать серьезному художнику? Ходил, можно добавить, Кошляков в это время обутый в футбольные бутсы с шипами. Не чтобы прослыть оригиналом, что еще бы как раз было в его пользу, а - опять же от невинности: а что? хорошие ботинки, крепкие, и недорогие!
Так что тогда Оганян с Кошляковым не подружились.
Подружились они уже примерно году в 1986-м, когда К. работал декоратором в театре оперетты, хотел как-нибудь поступить в Союз Художников СССР, а для души писал жанровые картинки из донской жизни: казаки, казачки и все прочее. Тут-то Тер-Оганян и обнаружил в К. несомненный живописный талант и взялся его патронировать. Давал советы, наставлял, подсовывал книжки с изображениями произведений Матисса и Пикассо, а то и Малевича и Поллока. Результат: Кашель, под влиянием О., все более и более переходит к "современному искусству" - к импрессионизму, в 1987-м уже к чему-то типа фовизма а-ля какой-нибудь Дерен (для Ростова-на-Дону тех времен - дикий авангард), и уже и не собирается как-нибудь пристроится в Союз художников, а - - - А в 1989-м году Ог. почти силой заставляет Кошлякова переехать вслед за ним в Москву. И поселяет у себя, сначала на Речном вокзале (см.), а затем на Раушской набережной (см.), и год содержит, пока Кошляков не начинает зарабатывать сам, и уже году к 1991-му - см. начало сообщения.
Опишем, чем именно К. добивается успеха, и что он и по сей день развивает. Это вот что: на огромных картонах (3 на 5 м и еще больше), сделанных из найденных на помойках ободранных ящиков от телевизоров, холодильников и прочего, бледной, сильно разбавленной белилами гуашью он пишет виды Рима, Венеции, всевозможные классические развалины. И затем это - выставляет.
- И все? - удивится читатель, привыкший, что в контемпорари арт есть фокус и - - -, а тут - просто виды Италии?
Именно так. Кошляков есть чрезвычайно редкий в нынешнем актуальном искусстве автор таких произведений, которые не сводятся к их словесному описанию (см. Комментарий), а которые нужно именно прийти на выставку - и посмотреть. И посмотреть - живьем, в натуре, а не репродукцию. Ибо репродукция - все-таки не передает силу и, стыдно при людях такое и вслух сказать красоту, с которой все это изображено.
Впрочем, концептуальный момент во всем этом тоже есть, и весьма сильный. Персонажность. Кто таков человек, который это делает? Это советский дикий человек, пребывая в убогости и нищете, на каком нашел материале (картонные разодранные ящики), какими нашел красками - гуашь, экономии ради сильно разбавленная белилами - изображает видение - мечту! - мечту об иной, прекрасной жизни! - мечту художника, Италию! - но получается совсем не так, как хочется: разбавленная краска течет, (вся картина в потеках), картон - рваный, гофр там и сям торчит наружу, как ты его не записывай, да и Италия эта, если подумать - собственно, посмотреть - тоже одни руины.
То есть, на руинах одной великой Империи ее одичавший сын пишет свою мечту, которая оказываются - руины другой великой Империи. Такового персонажа придумал В.Кошляков, от лица которого он это все и пишет - но при этом, что еще сильней, что он его не придумал! (см. Ирония) Он сам и есть такой персонаж! Он действительно дикий паренек из Сальска, который пишет действительно то, что ему нравится - и не его вина, что это оказывается тоже руинами.
Таков примерно, смысл - или, лучше еще использовать термин "мэссидж" - живописи Кошлякова В., которая, кроме того, еще просто очень хорошая живопись.
***
- Что это у тебя? Дай посмотреть! – говорит Кошляков, видя большую толстую книгу у Оганяна в руках.
Взял, листнул. Разочарованно возвратил:
-А, буквы!
Но это было давно.
Перебравшись в Москву, быстро Валерий Николаевич сориентировался: нынче быть одним глазом и рукой мало, нынче художник должен быть еще и теоретиком. И буквы стал все-таки читать, и вникать, и сейчас я никак не удивлюсь, если Кошляков и про дискурс к месту ввернет, а может, и Фуко процитирует.
***
- Вот "Итоги" – хороший ведь журнал! Про искусство пишут, и, в общем, правильно, все понимают. Но зачем в начале, - половина каждого номера! - какая-то ерунда, про Ельцина, Зюганова, Чубайса. Понятно, раньше заставляли про политику писать. Неужели и сейчас заставляют? – говорил В.Кошляков.
И очень был удивлен, когда ему объяснили, что подавляющее большинство людей, покупающих "Итоги", покупают их именно из-за первой половины – про Ельцина, Зюганова, Чубайса. А то, ради чего покупает журнал Кошляков – это на самом деле так, довесок.
