Современное искусство в сети

ОрганизацииКритикиХудожникиГалерея Гельмана

Заключения эксперта: А.Ерофеев

Заключение эксперта

Москва 15 апреля 1999

Эксперт Ерофеев А.В., кандидат искусствоведения, заведующий сектором новейших течений музея-заповедника "Царицыно", куратор Государственной коллекции современного искусства. В связи с обращением адвоката Г.А. Крыловой по материалам уголовного дела # 202275 мною была проведена следующая экспертиза.

Мне были предложены к рассмотрению вопросы, адресованные следователем по особо важным делам прокуратуры г.Москвы Ю.Ю. Крыловым эксперту А.И.Морозову:
- Можно ли действия Тер-Оганьяна по разрубанию икон отнести к какому-либо направлению в современном искусстве, если да, то к какому?
- Можно ли эти действия отнести к современному авангардизму, если да, то почему?
Изучив текстовые и фотодокументы акции "Поп-арт", проведенной художником А.С.Тер-Оганьяном в декабре 1998 в Центральном выставочном зале "Манеж" в рамках выставки современного российского искусства "Арт-Манеж", а также экспертное заключение А.И.Морозова, прихожу к следующим выводам.

По первому вопросу:

Акция А.С.Тер-Оганьяна имеет самое непосредственное отношение к современному искусству. Она принадлежит к жанру "перформанс" и является типичным проявлением отечественного авангарда 1980-90-х годов: направления "московского акционизма".

В жанре "перформанса" произведением искусства является не предмет, а представление, спектакль - цепь осмысленных действий, исполняемых художником перед зрителями по объявленному сценарию. Действие в "перформансе" - это театр одного актера, когда художник выступает одновременно в роли автора сценария, режиссера и исполнителя. Оно происходит не на сцене, а в пространстве выставочного зала или галереи, но в остальном мало отличается от обычного театрального представления. Как и актер, перформансист играет, то есть миметически воспроизводит, имитирует некую реальную ситуацию. Он оперирует не вещами, а их подобиями, "театральным реквизитом".

Со всей очевидностью акция А.С. Тер-Оганьяна имеет все признаки "перформанса" -представления. Ее сценарий был объявлен на этикетке и строго исполнен автором-актером. Место реальных икон заняли их копии фоторепродукции. Условность "иконоборческого" жеста была подчеркнута тем, что действие осуществлялось не в православном храме и не в музейной экспозиции, а в выставочном зале.

Конечно, неискушенный зритель мог бы воспринять акцию А.С.Тер-Оганьяна буквально и обозвать увиденное "разрубанием икон". С тем же успехом он мог бы объявить создателей фильма "Титаник" организаторами массового утопления людей, а любимых героев из "Двенадцать мгновений весны" - фашистами. Игнорирование условной природы искусства никак не позволительно ни для следователя "по особо важным делам", ни тем более для А.И.Морозова - президента российской секции международной ассоциации художественных критиков.

Ясно, что акция А.С.Тер-Оганьяна имела своим сюжетом пресловутое "разрубание икон", которому в XX веке - на почти всем его протяжении - предавалась значительная часть русско-советского общества, в том числе и бывший секретарь парткома А.И.Морозов.

В рамках "московского акционизма" акция А.С.Тер-Оганьяна - далеко не единственное обращение к религиозным культам и атрибутам. Олег Кулик проводил в огромном аквариуме акцию "крещение рыб", а на Данилевском рынке осуществлял "проповедь торговцам". Александр Бренер проводил повторное "осквернение" места,

на котором располагался взорванный храм Христа Спасителя. Вполне допускаю, что эти художественные работы могут не нравится какой-то части зрителей. Но кто постановил, что искусство всем должно нравиться? Эти акции, включая и акции А.С.Тер-Оганьяна были отмечены критикой, задокументированы, фотографии с них - проданы коллекционерам и подарены музеям, опубликованы в каталогах. Таким образом, художественное сообщество безусловно признало их явлением искусства.

Считаю необходимым отметить, что г-н следователь некорректно сформулировал первый вопрос, а г-н Морозов, прикинувшись простачком, явно тенденциозно на него ответил.

По второму вопросу:
Акция А.С.Тер-Оганьяна продолжает традицию авангардистского мышления, сформировавшую оригинальность искусства XX века. Важная особенность этого мышления - постановка под сомнение всех и, в первую очередь, безусловно признанных в обществе ценностей. Авангардистское "ниспровержение святынь" - символов коммерческой и политической власти, авторитетов в области науки и культуры - помогает обществу избежать стагнации и способствует обновлению и модернизации сознания. Так, к примеру, существовавшее в СССР направление "соц-арт" при помощи иронии и пародии активно содействовало разрушению общественного пиетета перед догматами марксизма.

Среди прочих нигилистическому развенчанию подвергались и религиозные ценности и принципы. Антиклирикализм - постоянная черта авангарда особо ярко проявившаяся в дадаизме, футуризме и сюрреализме. Широко известна картина Макса Эрнста "Мадонна, шлепающая ребенка". Воинствующий атеизм русских футуристов передался по наследству адептам "социалистического реализма", которые не жалели карикатурных передержек для прямого богохульства и издевательства над чувствами верующих. Антирелигиозный характер опусов Кукрыниксов не мешает этим работам находиться в собрании Государственной Третьяковской Галереи.

Но Тер-Оганьян не просто воспроизводит нигилистический настрой авангарда. Он подвергает его намеренному ироническому оглуплению, представляя в самом нелепом виде "юного безбожника" романтическую фигуру авангардиста-экспериментатора. В этой очевидной пародии - особенность нынешнего этапа "пост-модернистского" авангардизма, изверившегося в действенности усилий искусства по кардинальному изменению общества.

Современная европейская цивилизация давно уже перешла из фундаменталистского и идеологизированного состояния на позиции "гражданского общества", в котором любой гражданин свободен от служения конфессиональным культам и фетишам. Репродукция православной иконы не является в России объектом обязательного поклонения. Гражданин России вправе почитать этот предмет. Но он также волен полностью игнорировать его и даже проявлять к нему полное равнодушие и пренебрежение. Никаких правовых документов, регламентирующих отношение к репродукциям предметов культов, в нашей стране не существует.

Поэтому я полагаю, что перформанс А.С.Тер-Оганьяна не может быть предметом судебного преследования и разбирательства. Никакого состава преступления в действиях художника нет.

Если, тем не менее, суд состоится, то по причинам не имеющим никакого отношения к творчеству А.С.Тер-Оганьяна. Речь идет о политическом, грубо сфабрикованном процессе, который лишний раз уронит образ нашей страны, выставив ее в самом непривлекательном свете, в качестве "царства тьмы и мракобесия".

А.В. Ерофеев