Кольцо вокруг...

"Все началось с того, что в автобусе рядом с ним никто не садился. Жил он тогда в старом семейном пансионе на окраине города, недалеко от конечной остановки. Он ездил на работу по утрам и всегда занимал в автобусе свое любимое место. На остановках в автобус входили люди, но они не садились рядом. Его это мало трогало, более того, даже устраивало, ибо он мог, опустив шляпу на глаза и поудобнее устроившись, подремать или помечтать, не думая ни о каких правилах приличия."
Клиффорд Саймак "Кольцо вокруг солнца"

На протяжении двадцати лет (почти не привираю) я то и дело тщетно пытался вспомнить название романа Клиффорда Саймака, который прочитал когда-то в ранней-преранней юности. В памяти осталось несколько штрихов: волчок, уводящий в иной мир; главный герой, рядом с которым никто не садился в автобусе, а группа коллег, собравшихся поболтать в перерыве, рассыпалась при его приближении; мудрый старик, живущий по соседству; исход... Сегодня я вдруг вспомнил название книги - ни с того ни с сего. По всему выходит, что надо о ней написать. Роман называется "Кольцо вокруг солнца", я только что нашел его в библиотеке Мошкова и бегло перечитал: любопытно было вспомнить, что же именно так впечатлило меня когда-то. Оказалось, я начисто забыл, в чем там было дело (очевидно, сюжет, где причудливо переплелись синтетические углеводы, вечные автомобили, бритвенные лезвия и загадочные "мутанты", меня не слишком заинтересовал), но очень хорошо запомнил главного героя, писателя по фамилии Виккерс, проблемы которого когда-то показались мне списанными с моих собственных - теперь-то я понимаю, что они отнюдь не уникальны, а вполне тривиальны: в определенном возрасте осознанием собственной исключительности и страданиями по этому поводу болеют куда чаще, чем ветрянкой. С Виккерсом, собственно говоря, обстояло следующим образом:

"Дело было не только в одиноких поездках в автобусе или обособленности на службе. Были моменты, которые трудно описать. Так, чувство одиночества, которое он постоянно испытывал, происходило от ощущения своего "отличия" от окружающих. Именно оно заставляло его сторониться людей, и, наверное, люди, чувствуя это, сторонились его. Тут было и неумение завязать дружбу, и повышенное чувство собственного достоинства, и нежелание подчиняться общепринятым обычаям."

И еще:

"Его угнетало малоприятное ощущение, что некая истина сама откроется ему, стоит только протянуть руку, и в то же время он боялся, что никогда не осмелится протянуть ее достаточно далеко."

Но самое главное: у него был ВОЛЧОК. Юла. Игрушка. Теперь таких, кажется, не делают - или?..

"Волчок был расписан цветными полосками, свивавшимися в спираль, и стоило его запустить, как они сходились в одной точке - полоска бежала и исчезала, за ней исчезала другая, затем третья. Он мог часами смотреть, как появляются и исчезают полоски, пытаясь понять, куда же они уходят. Ведь должны же они были куда-то уходить. Не могли они быть здесь в эту секунду и исчезнуть в следующую. Они должны были куда-то уходить.
И они действительно куда-то уходили!
<...>
За полосками можно было последовать, уйти туда, куда уходили они, но для этого надо было быть совсем юным и иметь богатое воображение. Место походило на сказочную страну, хотя и выглядело слишком реальным, чтобы действительно оказаться ею. Там была аллея, словно сотканная из стеклянных нитей, там были птицы и цветы, деревья и бабочки. Он сорвал цветок и, крепко сжимая его в руке, двинулся по аллее. Он увидел небольшой домик, приютившийся среди кустов, испугавшись, попятился назад и вдруг очутился снова дома - волчок валялся на полу, но в руке у него был зажат цветок"/

Борхес в свое время восхищался цветком, который герой "Машины времени" Уэллса приносит из будущего - забавно, что и Виккерс возвращается из своего странного путешествия с сорванным цветком. Цветок, волчок, бритвенное лезвие - какие пустяки! Но лишь пустяки сулят надежду. Не потому ли все мы в детстве так внимательны к пустякам? Не потому ли, повзрослев, демонстративно перестаем обращать на них внимание?

"А вдруг там, в стране моего детства, существует какой-то тайный символ, на который прежде я не обращал внимания и который поможет во всем разобраться?"

Вот именно. А вдруг?