ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ N°28-29

Татьяна Могилевская

Сетевое искусство - динамика в России

Появление сетевого искусства

Wendy Vissar. 'Lesko's Godebox', 2-й приз в номинации "Экологический проект", http://www.codebox.com/Первые художественные сайты, сделанные в России, относятся к 1996 году. Вначале их авторы были исключительно москвичами и их можно было по пальцам перечесть. Их деятельность заинтересовала меня в то время по нескольким причинам.

Во-первых, к тому моменту их творчество развивалось в какой-то мере "на полях" мейнстрима московского актуального искусства, все они в той или иной степени занимались медиа-искусством: Алексей Шульгин - фотографией, Таня Деткина, Владимир Могилевский - видео- и мультимедиа-искусством.

Во-вторых, этих художников объединял интерес к коллективным формам творчества и авторства: Алексей Шульгин сделал несколько кураторских выставок ("Кто я? Искусство выбора", галерея "Школа" и галерея "Юнион Ф", 1993, "Репродукция Mon amour", галерея "Лаборатория", 1994), Таня Деткина и Владимир Могилевский работали, вместе с другими художниками, над проектами под общим лейблом "Облачная комиссия". Владимир Могилевский совместно с Сергеем Шутовым, Кириллом Преображенским (и при моем участии. - Т. М.), разрабатывал концепцию работы Института Технологии Искусства, а в 1993-м делал экспозицию работ видеохудожников и каталог на Арт-МИФ-3. Так же, не случайно Могилевский оказался, вместе с Сергеем Шутовым, руководителем практических занятий по мультимедиа с молодыми художниками в Художественной Лаборатории Новых Медиа (1993 - 1994, проект Центра современного искусства Сороса, Москва).

В-третьих, начало их работы в Интернете фактически совпало с их полным исчезновением с московской художественной сцены, представители которой в ту эпоху Интернетом не интересовались.

Заглянув в то время на странички указанных авторов, можно было обнаружить новые виртуальные образования в российском секторе Интернета: сначала сетевую выставку "Hot pictures" ("Свежие новости, или Эротические горячительные картинки"), "явившуюся первой российской галереей в сетях, осмысливающей изменение функций и средств выражения фотографии с приходом в искусство новых технологий"1, электронную галерею работ Андрея Казанжия "Море Хрона" (на сервере российского провайдера Совамтелепорт), "Сенсорные опыты в дигитальном пространстве" Руслана Рубанского, а затем и более концептуальные по отношению к технологии и идеологии Интернета работы: сайт Московский "www-art center", поддерживаемый Алексеем Шульгиным, Александром Николаевым и Таней Деткиной и "WEB Thief", электронный журнал Владимира Могилевского, выставлявший работы молодых медиа-художников - Сэнди Ревизорова, Руслана Рубанского, Миши Адианова, Алекса Зубаржука, вчерашних студентов Художественной Лаборатории Новых Медиа.

Перечисленные художники стали носителями идеологии "сетевого художника", который не только создает и размещает собственные работы в Интернете, но и помогает в этом другим художникам, не обязательно владеющим мультимедиа- или Интернет-технологиями. Подобная деятельность отвечала желанию создать альтернативные существующим институциям пространства презентации искусства.

"Внешне эта работа скорее техническая - обеспечение подключения к Интернету, установка необходимого "железа" и программ, создание независимых мультимедиа-центров и сайтов (site - единица пространства в Сети), где все желающие могли бы не только и не столько потреблять, но и создавать и публиковать то, что пока в отсутствие терминологии и критериев называют сетевым искусством"2.

Одновременно появились художественные манифесты. Один из них вдруг опубликовала на полосе "Культура" газета "Коммерсантъ-Daily". В этом тексте Ольги Лялиной и Алексея Шульгина впервые на русском языке дается определение сетевому искусству: "Его основа - не репрезентация, а коммуникация. А недробимая единица - электронное послание, свобода и горизонтальная система коммуникации".

Там же описывается, что такое "настоящий сетевой художник": это тот, кто обеспечивает коммуникацию, обладает сетевым мышлением, то есть отказывается от "художественных" амбиций и концентрирует свои силы на "создании коммуникационных пространств, готовых к заселению и включению в креативное поле Сети"3.

В том же году на страницах "Художественного журнала” пионеры российского Интернета ответили на следующий вопрос: "Что Вас привлекает в WWW, что интересного и нового Вы там находите по сравнению со сферой "современного искусства?" 4.

Выяснилось, что в первую очередь новое медиа позволило художникам освободиться от "главных" московских кураторов, получить прямой доступ к информации и, как результат, начать по собственному почину участвовать в международных проектах.

Так, Таня Деткина, до этого бывшая одной из самых активных участниц проекта "Московская Лаборатория Новых Медиа" (1994), объясняла: "В Интернете можно общаться с теми, кто далеко, за относительно небольшие деньги... Ты не обязан прибегать к посредникам: критику, галеристу, куратору. Никто не определяет контекст твоей работы, а твое материальное благополучие не зависит от того, насколько ты в него вписываешься... Каждая реплика в Интернете звучит органично и полноценно, здесь отсутствует идеологическая дискриминация. Ты не предъявляешь свой curriculum vitae для того, чтобы тебе дали слово". Она же отмечала экономический аспект вопроса: "Делать искусство в Интернете проще и быстрее"5.

Владимир Могилевский там же высказал предположение, что "на сегодняшний день такого явления, как профессиональное искусство, как оно понималось в 80-х годах, не существует. Более важным является участие в коммуникации, в чем-то, что живет и развивается". Он также поставил вопрос о несовместимости понятия "профессиональный художник" с теми, кто делает художественные проекты в Интернете: "Все так быстро меняется, что не хочется выбирать определение. Ясно только, что самые интересные вещи делаются непрофессиональными художниками... Лучшие сайты в WWW сделаны людьми, не принадлежащими миру искусства и не отравленными идеями, которые занимали художественный мир в 80-х годах. Особенность этих работ в том, что они адекватны гиперсреде, а не рассматривают ее в качестве традиционных художественных техник и материалов"6.

Все это кардинальным образом повлияло на положение некоторых из них на международной художественной сцене. Так, Алексей Шульгин превратился в создателя нового жанра искусства, определяемого сегодня серьезной критикой как Net-арт, список его всевозможных медиа-художественных мероприятий впечатляет, сегодня он не испытывает особой необходимости в поддержке со стороны отечественных кураторов.

Поиск и пропаганда российского сетевого искусства

Имея за спиной опыт создания Московской Художественной Лаборатории Новых медиа и последовавшей за ней студии "Кросс-Медиа" (Термен-Центр), где художникам, помимо образовательной программы, предоставлялся бесплатный доступ к мультимедиа-оборудованию и техническая поддержка, московский Центр Сороса предпочел в новом медиа-проекте вывести за рамки проблемы производства. Кураторы "Да-Да-Net-I" , первого российского фестиваля ресурсов по искусству и культуре в Интернете, сосредоточились на поиске и публикации уже существующего в Сети на специально открытом для этого в июле 1997 года сайте7.

В это время абсолютно неизвестной величиной был вопрос о том, существуют ли, помимо уже перечисленных авторов и нескольких имен из Санкт-Петербурга, в российском секторе Интернета другие сетевые художники. Номинации первого фестиваля (“Художественный проект”, “Ресурс на тему культуры”, “Образовательный ресурс” и “Домашняя страничка частного лица”) были своего рода сачком, в который организаторы пытались заманить "гениев русского net’а". Так, номинация "Домашняя страничка" предполагала существование в русской Сети творческих людей, делающих интересные самопрезентации, но не подозревающих о том, что они могут быть восприняты как "современные" художественные проекты. 87 проектов прошли первоначальный кураторский отбор. Анализ результатов привел к выводам о том, что "необходимо пересмотреть значения существующего доселе представления о художнике, о его происхождении и функциях"8, среди участников лишь меньшинство были "выходцами" из "современного искусства" Москвы и Петербурга, большая часть представляла научно-технический мир и провинцию. Сами члены международного жюри "Да-Да-Net-I" отмечали, что довольно часто непонятно, с какой точки зрения рассматривать тот или иной проект, проекты "перемещаются в область неопределенности (жанра)"9. Более того, "большинство участников в номинации "Арт-проект", казалось, охватила аллергия на художественный мир, а сама такая профессия, как художник, вызывала откровенную иронию"10. Членами жюри была отмечена литературная ориентация большинства проектов. Тетсуо Когава (Япония) отмечал, что "не только сайты по культуре и образовательные проекты, но даже и сайты художественные используют большое количество текстов"11.

Одним из выводов было также и то, что перемещение искусства в Интернет снимает оппозицию между официальным и неофициальным искусством, одновременно создавая новое поле маргинальности по отношению к художественным кругам, учитывая что "сетевые художники" - это художники, которые "бежали" в Интернет, в пространство отсутствия авторитета от того, что они оценивают как "арт-мафию". При этом в Интернете наблюдается любопытное явление - художественное выражение более не связывается напрямую с профессиональной принадлежностью, достаточно лишь иметь некоторые технические навыки. Именно поэтому круг "творцов" смог расшириться, а художественное самовыражение в Интернете стало альтернативой институциональному искусству"12.

В 1998 - 1999 гг. в Центре Сороса уже создается целый отдел, МедиаАртЛаб, ведущий все проекты, касающиеся Интернета. Ольга Шишко и Алексей Исаев (при активном участии Татьяны Горючевой) проводят сразу два параллельных сетевых фестиваля: "Да-Да-Net-II" (российский фестиваль информационных ресурсов по культуре) и "Trash-art" (международный фестиваль сетевых арт-проектов). Методы работы с понятием “Сетевое искусство” стали более гибкими, чем в прошлом году. За ним было признано право на разнообразие и принадлежность к любому жанру высказывания. При этом степень "медийной активности" проекта стала одним из основных критериев оценки.

Фестиваль "Trash-art" продемонстрировал открытость, остроумие и легкость, обычно не свойственные “заорганизованным” конкурсам с многоступенчатым отбором и жюри. В итоге сама его идея и технология не далеко ушли от произведения net-арта, каким его понимают в последние годы.

Опыт проведения такого художественного фестиваля в Интернете подтверждает понимание перспектив новых технологий по отношению к искусству: очевидно, что прежняя система его организации и функционирования не будет работать по отношению к новым типам творчества. Эти перспективы связаны с новой идеологией и мировоззрением, прежде всего - с новым восприятием отношений центра и периферии, противопоставлением систем “звездного”, или иерархического, принципа и новых систем-сетей, а также с идеями новых территорий знания, опыта и выражения, находящихся вне музея, галереи, журнала по искусству и т. д.

Joachim Blank@Karl Heinz Jeron "Dump your trash", http://www.sero.orgСама тема фестиваля может быть интерпретирована как универсальная для всей эстетики и искусства XX века. Речь идет об "отходах", "отбросах", "ненужных вещах" в широком смысле слова, под который подпадает и тема маргинальности вообще. Немало найдется художественных течений, вдохновлявшихся "низовыми" или "народными" жанрами искусства, рожденными урбанизмом. В конечном счете в философии "по краям" и в экспериментальном искусстве эта идея уже несколько лет является одним из обоснований развития: поля есть главные ресурсы развития. Вспомним здесь же "пограничные ситуации" по Ясперсу, "те ситуации человеческого здесь-бытия, где становится невозможным рассчитывать на анонимные силы науки (читай "искусства"), где, стало быть, человек должен полагаться только на самого себя и где в самом человеке обнаруживаются содержания, какие всегда бывают скрыты в процессе чисто функционального применения науки, нацеленного на овладение миром" (Гадамер).

Алексей Исаев, автор идеи фестиваля "Trash-art", известен своими опытами игровых художественных провокаций и апелляцией к радикальным идеологиям: перформансы в московском метро, инсталляция "Монтаж аттракционов" на Манифесте-1, использующая фрагменты фильмов Сергея Эйзенштейна (1996, совместно с Валерием Подорогой), видеоинсталляция на "Doctor's Case" на (NewMediaTopia, 1994, Москва) и "Анимация, или Дело врачей" на выставке русского акционизма в Сецессионе (1997, Вена). Его апелляция к искусству "за границами искусства" в данном случае с позиций куратора, диалогирующего c авторами, оказалась чрезвычайно плодотворна.

Сетевое и несетевое искусства, объединяйтесь!

В уже упомянутом "переломном" 1996 году пионер исхода из "современного искусства" в Интернет Алексей Шульгин писал: " WWW - это огромное, активно развивающееся пространство... Здесь нет истории, нет устоявшейся системы ценностей, нет рутины. Соответственно, почти нет и критериев. Но есть уникальная возможность воспринимать искусство в незаконтекстуализованном, непосредственном виде..."13.

Именно отсутствие "посредников” вызывает у него особый энтузиазм: "Критика художественных проектов, реализованных в сети Интернет, - дело еще, пожалуй, более рискованное, чем производство самих проектов. И еще менее благодарное. Ведь критик - это паразит, отъедающий куски от здорового тела художника. А здесь - где тело-то? А где искусство?"14.

Однако в 1997 “борец с институцией” Алексей Шульгин соглашается участвовать в жюри "Да-Да-Net-I", объясняя это следующим образом: "Мне кажется, что в связи с развитием Интернета сама ситуация искусства в мире стала меняться к лучшему, она стала более открытой (появилось больше новых людей) и перестала быть такой коррумпированной. В Москве похожее оздоровление парадоксальным образом произошло не благодаря развитию Интернета, а из-за жестокого кризиса, постигшего московскую художественную среду. Исчезли напряженность в отношениях и "подсиживание", которые были очень развиты буквально несколько лет назад"15.

В середине 90-х Шульгин ушел в Интернет с целью избежать сложившихся механизмов власти. Сегодня, достигнув определенной степени независимости от этих механизмов, он может позволить себе как сотрудничать, так и "играть" с ними. "В 1998 году мое участие в фестивале было некоей политической игрой. Я сказал себе: "Какие-то люди имеют некоторый авторитет и решают, что хорошо, а что плохо”. Изначально я и сам был поставлен в эту ситуацию, так как меня приглашали участвовать в жюри. По разным причинам это не сложилось. Но мне показалось интересным выступить в этот раз не как судья, а как судимый. Принести свой проект и сказать: "Дорогие судьи, посмотрите". Конфликт и завязка были в этой дистанции между мэтром, таким членом жюри, который думает, что он "мудрый и все понимает", и "каким-то художником"16.

Если в "Да-Да-Net-I" целью кураторов было получить хотя бы какие-то проекты, могущие претендовать на титул "художественный", то есть не прикладной и без иной цели, кроме эстетической, то художник Алексей Исаев, автор идеи фестиваля “Trash-art”, мог изначально рассчитывать на больший "улов" - первый опыт привел к тому, что множество людей в российском Интернете уже ждали этого события. К тому же в России Интернет развивается довольно быстро, что позволяет рассчитывать на появление все новых и новых фигур. Однако и сам фестиваль изменился, став международным, а значит, можно было рассчитывать на приток работ отовсюду. Благодаря этим факторам Исаев мог думать о том, каким образом создать механизм получения именно "хороших", необычных работ: "Я подумал, что если я создам такую виртуальную помойку, то именно там окажутся самые интересные проекты".

Исаев строил концепцию события в Интернете, во многом отталкиваясь от кризисных явлений, наблюдаемых им в художественной среде: "Все выставки похожи друг на друга, в основном проходят выставки тематические. Ситуация совершенно "ставшая", в среде относительно молодых, 30 - 35-летних художников, практически каждый считает себя уже состоявшимся, уже относится к художественному официозу. Это проявляется в том, что он вхож в систему, у него регулярно проходят выставки, он находит деньги на свои проекты. В московской тусовке отсутствует критическое отношение к самому себе. Незадолго до фестиваля этого года я обратился к некоторым московским художникам, спросив, есть ли у них "бросовые" работы или проекты, которые никуда не пошли. Один из них ответил, что "мусора" у него нет, так как он профессионал, работает четко и без отходов. Для многих такая ситуация может показаться нормальной, но во всем этом мало жизни. Это нормально. Но скучно.

Я, тем не менее, хотел бы попытаться привлечь московских художников к проекту "Trash-art" в будущем, возможно путем организации некоего параллельного следующему net-фестивалю экспозиционного события"17.

Ольга Шишко рассказала нам о том, что независимо от фестиваля актуальность его темы потвердилась в среде московских художников. Анатолий Осмоловский недавно выпустил каталог по трэш-культуре. Московская художница Вера Хлебникова собирается издавать каталог "Мусорное искусство".

Кураторы "Тrash-art" заинтересованы в установлении связей между двумя мирами: "современного искусства" и медиа-сетевого искусства, искусственно разделенных либо отсутствием информации друг о друге, либо снобизмом и конкуренцией. Алексей Исаев не первый раз пытается решить эту проблему. В 1994 году он провел "Первый международный фестиваль экспериментального видео, компьютерной анимации и проектного синтеза" в известном московском сквоте (Петровский бульвар, 1994), одной из целей которого была организация неслучайной "встречи" нескольких московских художников и видео-искусства (А. Жигалов, Н. Абалакова, А. Бренер, Г. Литичевский, Г. Виноградов) в форме выставки инсталляций и сделанного по результатам фестиваля фильма "Видеосценарий".

"В Москве всегда шла своего рода война: с одной стороны, существовало актуальное искусство, с другой стороны, скажем, видеоарт. Потом актуальное искусство стало почти все видеоартом. Так же и с Интернетом. Всегда существует такая оппозиция. Но когда разговариваешь с художниками, критиками, кураторами, мнение создается следующее: "Ты занялся Интернетом, значит, ты потерянный человек, занимаешься чем-то не соответствующим понятию "актуальное" или "современное" искусство. А на Западе такая грань является профессионально допустимой, то есть художник может работать с любой технологией, а принадлежность актуальному искусству определяется не технологией, а выбором художественной стратегии. Тем более, что опыт показал - в Интернете можно реализовать весь опыт актуального искусства"18.

Фестиваль "Trash-art" http://www.da-da-net.ru/TrashArtВ этом смысле расширение международных контактов в свое время позволило Исаеву утвердиться в собственных ощущениях искусственности расчленения пространства современного искусства: "Было приятно обнаружить, что многие из специалистов по медиа-искусству являются частью не интернетовской тусовки, а современного искусства, в частности Янош Шугар, член жюри фестиваля "Trash-art". На “Манифесте-1” он занимал соседний с моим бокс. Для меня этот факт является своего рода психологической поддержкой".

Алексей Исаев, Ольга Шишко и Татьяна Горючева (MediaArtЛаб) последовательно занимаются теоретическими и практическими опытами, цель которых состоит в том, чтобы ввести в профессиональный контекст российского contemporary art идеологию, философию и эстетику "искусства новых технологий". При этом сквозь "традиционную фестивальную институцию" с темой, номинациями, кураторами и жюри мерцает фигура "медийно-активного художника", для которого главным является манипулятивная работа с контекстом, в данном случае сетевым: "Основная идея этого проекта - поиски радикальности именно по отношению к самой технологии, к среде обитания самого проекта и художника, по отношению к Интернету, к его правилам и принятым в нем формам общения". Это продукт рефлексии по поводу отечественной ситуации и попытка решить путем прибегания к Интернету некоторые принципиальные проблемы российского художественного сообщества. А именно его главную проблему: маргинальность по отношению к тому, что называется "международным современным искусством". Ни одно авторитетное для указанного мира крупное международное художественное событие никогда не происходило в России и даже не было инициировано отсюда: "кайф" состоит в том, что “Trash-аrt” - это международный фестиваль, инициированный из России. Если речь шла о реальном, не интернетовском событии, то это сложно было бы себе представить, так как России трудно, особенно сегодня, претендовать на роль инициатора крупных международных художественных событий. Однако в Интернете это оказывается возможным. Я рад, что идея о виртуальной выставочной площадке реализовала себя, а сама площадка приобрела определенный статус, превратилась в "место", которое можно использовать и в дальнейшем"19.

Новая география искусства начинает вырисовываться благодаря развитию Интернета - искусства, существующего помимо "глобализованного" современного искусства, которое гастролирует из Венеции в Кассель и Нью-Йорк. Как пишет французский критик Норбер Хилэр, "было бы здорово, если бы наши french doctors современного искусства соизволили посмотреть "взглядом пользователя Интернета" на то, что происходит в настоящий момент в странах бывшего советского блока в области искусства и культуры..." 20.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Т. Могилевская, О. Шишко. Немного об истории и перспективах развития медиа-искусства в Москве. NewMediaTopia/NewMediaLogia, каталог Художественной Лаборатории Новых Медиа, Центр современного искусства Сороса. Москва, 1996, с. 21.

2 О. Лялина, А. Шульгин. Сети для художника. "Коммерсантъ-Daily", 27.09.96.

3 Там же.

4 Т. Могилевская. "Русские художники в Интернете". - “ХЖ”, № 10, с. 48 - 52.

5 Там же, с. 51.

6 Там же, с. 49.

7 Адрес в Интернете: www.da-da-net.ru.

Фестиваль был организован московским Центром современного искусства Сороса. Кураторы: Ольга Шишко, Татьяна Могилевская. Международное жюри: Алексей Исаев, Алексей Шульгин, Алла Митрофанова, Тетсуо Когава, Пьер Бонджованни, Жиль Морель, Стефан Вильсон, Лев Манович, Адель Айзенштайн.

8 C. Ravant, T. Moguilevskaia. The intimate in public, SIKSI. The Nordic art review, XIII, № 3 - 4 autumn/winter 1998, p. 18 - 19.

9 С. Вильсон. Материалы закрытой дискуссии между членами жюри.

10 C. Ravant, T. Moguilevskaia. The intimate in public... p. 18.

11 С. Вилсон. Материалы закрытой дискуссии между членами жюри.

12 C. Ravant, T. Moguilevskaia. The intimate in public... p. 19.

13 А. Шульгин. Проекты в Интернете. - “ХЖ”, № 10, Москва, 1996, с. 40.

14 Там же.

15 Интервью с А. Шульгиным, сентябрь 1999.

16 Там же.

17 Интервью с А. Исаевым, сентябрь 1999.

18 Там же.

19 А. Андреев. Танцы с жирафом. NET-культура. “Пушкин”, № 4.

20 Le createur, l'ordinateur et l'oeuvre d'art. Norbert Hillaire. L'Apres-television. Multimedia, virtuel, Internet. Valence, 1996.

Татьяна Могилевская

Художественный критик, куратор. Специалист в области искусства новейших технологий и видеоарта. Живет в Москве.

© 1999 - Художественный журнал N°28-29