ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ N°28-29

Дмитрий Барабанов

КОГО ВЗЯЛИ В БУДУЩЕЕ?

ART AT THE TURN OF THE MILLENNIUM Editors: Burkhard Riemschneider, Uta Grosenick Kцln, London, Madrid, New York, Paris, Tokio. “Taschen”, 1999, 576 c.Прекрасный подарок всем любителям современного искусства, не успевшим по ряду причин подписаться на “Flash Art”, “Art in America” и “Neue Bildende Kunst”, преподнесло издательство “Taschen”. В свет вышла книга “Art at the turn of the millennium”. Восемь авторов-экспертов (самому старшему из них 48 лет, самому младшему - 27) под руководством двух по-хорошему дотошных редакторов Уты Грозеник и Буркхарда Римшнайдера задались целью подведения итогов актуального искусства 1980 - 1990-х гг., ХХ века и этого тысячелетия вообще.

Книга структурирована следующим образом: это альбомный вариант справочника-путеводителя, типа “Who Is Who?”, где на 576 страницах авторами обобщены художественные достижения последних двух десятилетий уходящего века. Издание превосходно проиллюстрировано (более 1200 высококачественных репродукций), каждому из представленных 137 художников уделено по четыре страницы. Интересно, что большинству из них не исполнилось и сорока лет. В предисловии говорится, что самые молодые из художников появились на международной сцене всего лишь около года назад. Фамилии всех участников расположены в алфавитном порядке: от Absalon до Heimo Zobernig. Помимо иллюстраций и комментариев специалистов, в книге содержатся мини-кредо художников, из одного-двух предложений, а также их фотопортреты. Завершает картину обзор избранных выставок и публикаций, в основном 90-х годов.

В качестве конвенции авторами заявлено о том, что все выбранные художники - с Запада. Действительно, творчество мастеров из Восточной Европы (за исключением Мирослава Балки из Варшавы) и из Азии (за исключением японцев Нобайоши Араки и Марико Мори) оказалось вне поля различения.

“Art at the turn of the millennium” - не просто ретроспектива: главной целью составителей было выявление недавних и принципиально важных открытий в области contemporary art, а также желание отметить те тенденции, которые будут актуальны и для предстоящего десятилетия нового века.

При работе над сборником авторов поджидали некоторые трудности, часть которых была связана с ограничениями книги как средства передачи информации. Когда произведение искусства движется или звучит, если оно интерактивно по сути или же использует достижения мультимедиа, оно не умещается в рамки книги: можно лишь представить его статичным, лишенным своей особой атмосферы (с. 7). Тем не менее, при перелистывании “Art at the turn of the millennium” не возникают тягостные раздумья о кризисе искусства, о тупиковости путей и стратегий. Напротив, первое впечатление таково, что интеллектуально-художественный рынок переполнен бодростью и идеями, в изобилии генерируемыми молодыми (и не очень) художниками. Да, возможно, что не все их позиции по силе эквивалентны революционному радикализму классиков авангарда, однако уровень творческой фантазии в сочетании с эрудицией достаточно высок.

Так можно ли судить по этой книге о новейших тенденциях в искусстве? И если да, то насколько удачным может быть опыт подобной редукции?

Очевидно, что число художников во всем мире постоянно увеличивается, технологии усложняются, функции арт-институций трансформируются. Проживание в Нью-Йорке для достижения популярности теперь уже не обязательно. Так, Катарина Фрич живет в Дюссельдорфе, Сильви Флери в Женеве, Пипилотти Рист в Цюрихе, Чарльз Рэй в Лос-Анджелесе. Многие живут в Лондоне, Берлине. ...Искусство 1980-х и 1990-х годов необычайно расширило свои границы, смешав разделение между соседствующими областями, такими как дизайн, медиа, реклама, архитектура, кино, театр, танец, музыка (с. 7). Повышенный интерес художников к фотографии и видео давно никого не удивляет. Если же судить по репродукциям, становится ясно, что в стремлении представить свое искусство как нечто эффектное и выразительное многие авторы совершенно программно обращаются к почти “аттракционной” форме репрезентации. И это не только Чэпмен Бразерс, Дамиэн Херст, Сара Лукас, Трэйси Эмин - участники знаменитого проекта “Sensation”. Пожалуй, другой крайностью можно считать стремление к юмору и даже анекдотичности. Например, Вим Дельвуа, имитирующий высеченные огромные слова на скалах, типа: “Мам, ключи сама знаешь где”, чудесный Маурицио Каттелан (скелетная версия бременских музыкантов и застрелившийся белко-суслик на кухонке) и Шон Лэндерс, заявляющий: “Моей идеей было сделать концептуальное искусство развлекательным и веселым” (с. 298). При этом, как ни странно, в сборнике оказалось не так уж много эпигонов Джеффа Кунса (он тоже вошел в анналы).

Из художников пато-мортидального направления, к великому сожалению любителей этого жанра, чести быть включенным в эту книгу удостоился только Эндрес Серрано.

В рамках постмодернистского дискурса апелляции к наследию прошлого, само собой, абсолютно закономерны, однако интенсивность осмысления феномена поп-арта, если судить по изданию, явно начинает принимать какие-то гротескные формы. По работам можно даже проследить, кто же особенно часто подвергался цитации: Джаспер Джонс, Роберт Индиана и дружественный им гиперреалист Дуэйн Хэнсон.

Другой необычайно увлекательный для читателей момент, помимо процесса идентификации знакомого материала, связан с определением “победителей”, вошедших в сборник, и “аутсайдеров”, исключенных из Taschen’овских списков. Пророчество Ильи Кабакова - “В будущее возьмут не всех” - сбылось!

В книге представлена С. Шерман, но нет В. Вегмана, есть Ж.-М. Баскье, но отсутствует К. Хэринг, есть Билл Виола, но нет Брюса Наумана, есть М. Мори, но нет Я. Моримуры. В область вытеснения попали А. Кифер, К. Болтански, М. Абрамович. А. Кабаков? Читатель! Как ты мог усомниться?

На последних страницах “Art at the turn of the millennium” расположен заботливо составленный глоссарий. Причем в словаре объясняется значение не только таких слов, как “инсталляция”, “концептуальное искусство” и “репрезентация”, но и “деконструкция”, “код”, “постструктурализм”, “симулякр”, “трэш” и “фотошоп”. И даже “политкорректность”. Краткие и четкие формулировки облегчают процесс понимания.

Аннотируя “Art at the turn of the millennium”, следует отметить некоторые особенности данного издания. Во-первых, налицо попытка панорамного взгляда: все-таки редко 137 мастеров современного искусства встречаются под одной обложкой. Во-вторых, версия авторов не исключила существования в ХХI веке художников старшего поколения. Несмотря на обилие новых имен, в будущее взяли и ветеранов-классиков: Х. Стейнбаха, Б. Крюгер, Алана Макколлума и др. Таким образом, была сделана попытка соблюдения преемственности поколений и нивелирования “эдипального” момента. И, наконец, в-третьих, книга выполняет функции ознакомительного курса, не утомляя при этом нескончаемыми рассуждениями.

Как ни странно, но “Art at the turn of the millennium” чем-то напоминает роскошно иллюстрированный “Декамерон” Боккаччо, на страницах которого разворачиваются 137 различных историй, рассказанных дамами и кавалерами, стойко пережидающими чуму, поразившую современное искусство. Боккаччо же, как известно, был одним из первых героев начинающейся эпохи Возрождения.

Дмитрий Барабанов

Молодой историк и критик современного искусства. Занимается исследованием художественных институций Москвы в 90-е гг.
Живет в Москве. 

© 1999 - Художественный журнал N°28-29