ПАВЕЛ ПЕППЕРШТЕЙ И ГРУППА "РОССИЯ". "MOZES". KUNSTHOUS ZUG, ZUG, ШВЕЙЦАРИЯ
ВИКТОР МАЗИН
10 сентября в Кунстхаус Цуг открылась выставка художественной группы "Россия" и Павла Пепперштейна. Группа "Россия" - И. Дмитриев, Л. Блок, Е. Дмитриев, Д. Луканин. П. Пепперштейн выступает на выставке в двух ипостасях - художника и куратора. Выставка называется "Mozes" ("Моисей").
Экспозиция составлена из трех повторяющихся "элементов" - живописи Ивана Дмитриева, рисунков акрилом, изображающих танцующих людей, на стенах Павла Пепперштейна и ювелирных украшений Кирилла Козлова, выполненных по эскизам Пепперштейна. Эти три экспозиционных элемента повторяются на всех трех этажах музея, во всех залах, за исключением последнего, где нет живописи и место танцующих занимает священная гора.
Ритм чередующихся элементов, контрастность фактуры материалов и их сомасштабность делают выставку целостной. Ритм совершенно отчетлив в чередовании настенных росписей и живописи. Живопись статична: на картинах застыли ландшафты, натюрморты, предметы, игрушки. Человека здесь нет, но именно его отсутствие бросается в глаза в первую очередь. Эффект деперсонализации, или, в терминах Пепперштейна, "психоделический реализм" группы "Россия", резко контрастирует с рисунками, которые носят скетчевый и динамический характер.
В целом выставка отличается пустынностью, децентрированностью и отсутствием иерархии. Эти особенности подчеркивают: если здесь есть прямые библейские аллюзии, то указывают они либо на время, предшествующее возвращению Моисея с горы Синай, либо на "постмоисееву" эпоху. Во всяком случае, на выставке "Моисей" если кого-то и нет, то, собственно, Моисея. Нет Моисея - значит, нет Закона, в том числе и закона, запрещающего изображения. Отсутствие Моисея указывает на отсутствие идеала, бога, отца, авторитета. Этот экспозиционный момент усиливается отсутствием на выставке слов: нет не только каких-либо надписей или подписей, но нет даже этикеток.
Отсутствие Моисея показывает сегодняшнюю - "постмоисееву" - ситуацию, в которой каждый должен быть Моисеем. Каждый должен выбирать себя сам, выбирать свой закон в эпоху, когда место универсального закона занимают локальные правила.
Моисея нет не только на выставке, но и в названии: вместо имени Моисея ("Moses"), мы читаем "Моизей" [Mozes]. Что может означать эта ошибка? С одной стороны, она указывает на эстетически необходимое отклонение от нормы. Место S занимает Z. Ассоциации ведут от MosEs'a к MozArt'у. Перефразируя З. Фрейда, можно сказать: где было Оно (das Es), там появилось искусство. С другой стороны, ошибка указывает на лингвистические проблемы Моисея, на то, что Закон принес Другой, Иностранец. И последнее: она указывает на конец универсальной грамматики в эпоху Mazafaka.
© 2001 - Художественный журнал N°36